Алексей Лаврентьевич Костиков родился  28 марта 1926 года в селе Юрино Каверинского района Рязанской области в семье Лаврентия Андреевича Шишенева и Анны Александровны Костиковой. В 1939 году переехали они в Даниловский район и поселились в деревне Троица-Колясники, что в трех километрах от Данилова. Сейчас в деревеньке никто не живет, от дома остались фундамент да яблони, но каждый год кто-нибудь из семьи Алексея Лаврентьевича там бывает.

Мать и отец работали в колхозе. В семье родилось восемь детей. Время было нелегкое, выжили только пятеро.  Когда началась война, Алексею было пятнадцать, а в 1943-м после Октябрьской, восьмого ноября, семнадцатилетнего паренька мобилизовали. Попал он в далекий Приморский край, в поселок Раздольное, в 72-й механизированный полк. Машины ему нравились всегда, а там они были разные. Сначала ГАЗ-З, «А», на них были установлены крупнокалиберные пулеметы. Потом были другие. Два года, пока не началась война с Японией, служилось ему хорошо: не
голодали, за техникой следили, было время и спортом заниматься, в тяжелой атлетике были даже успехи.

Когда напали японцы, с Западного фронта пришла новая техника: американские бронетранспортеры со счетверенными установками - сра­зу четыре пулемета системы «Кольтбраунинг», лобовая броня 17 мм. В районе селения Гродсково полк перешел границу и ступил на корей­скую землю. Там и пришлось принять боевое крещение. И о нем Алек­сей Лаврентьевич рассказал так: «Ехали мы по Корее на машинах М-17. Колонна наша была длинная, больше километра. В одной долине дорога была извилистая, и, когда мы заехали в излучину, оказалось, место это пристрелянное, нас обстреляли. Когда начался обстрел, все из машины повыскакивали и спрятались в ручей. А я один остался в машине у пулемета, думаю - куда стрелять, своих бы не задеть. Было четыре магазина по двести патронов и по бортам двадцать гранат Ф-1 со взрывателями. Ну, думаю, если попадут - все взлетит, и все взрыва­тели вытащил. Потери у нас тогда были. Так и ехали по Корее до города Янцзы».

В Корее служил Алексей под городом Пхеньян до 1948 года. Изучал корейский язык, и однажды пост его был у камеры японского самурая-смертника. Заходить в камеру было строго-настрого запрещено. Си­дел он и постоянно стучал ребром ладоней по скамейке, и кожа там у него была тверже, чем на пятках. Однажды все-таки зашел к нему по­стовой Костиков и спрашивает: «Зачем ты все стучишь?» А тот молча и легко вроде бы ударил по доске, и она, толстенная, переломилась по­полам. Больше уж к нему Алексей не заходил.

«Что интересного в Корее было? Да в казармах все как в России. Подъем-отбой. А вот природа красивая там, не как у нас», - вспоминает Алексей Лаврентьевич. «А правда ли, что собак ел? Да, правда. Но не нарочно, конечно. Кормила нас походная кухня. Щи, каша. И вот в чай­хану однажды пошли, заказали выпить, закусить. Несут. Спрашиваем корейца: «Что это - гав-гав?» Тот головой трясет: «Не, му-у!», - пальцы к голове приставил, как рога. А потом уходить собрались, а кореец сме­ется: «Русский! Гав-гав ел!». А на вкус не отличишь. Так вот корейской кухни отведали».

За освобождение Кореи есть у Алексея Лаврентьевича корейская медаль, иностранная, и дорожит он ею, пожалуй, больше всех. И благо­дарность Сталина есть, не именная, но дорогого стоит. А всего медалей 16 и орден Отечественной войны II степени. Когда спросили, как узнал о Победе, сказал: «А как же было не узнать. На посту стоял, а по радио говорят, что фашистская Германия капитулировала. Все услышали, обрадовались, начали стрелять. Ну и я автомат в небо и давай палить! Радости было!»

Но служить пришлось еще больше четырех лет, и в армии был он без малого семь лет. В должности командира взвода и в звании сержанта в 1951 году демобилизовался и вернулся домой. Учился в педагогичес­ком училище, но решил связать свою жизнь с машинами, как в армии. И работал трактористом в «Леспромхозе», а потом 38 лет - в «Сельхоз­технике». Женился в 1961-м, троих дочерей воспитали с супругой Ни­ной Егоровной. Марина и Юля живут в Санкт-Петербурге, а Люба здесь, в Данилове, трое внуков.

Алексей Лаврентьевич, несмотря на слабое здоровье, лихо ездит на своем «Запорожце», сам его и чинит, а на досуге любит сыграть партию - другую в шахматы и шашки.

 

2005 год.