Очень потрепанные и пожелтевшие листки, из которых понятно, что это – характеристики к наградным документам капитана Дмитриева Владимира Павловича. Командир 1890-го самоходного артиллерийского Барвенковского Краснознаменного ордена Александра Невского полка подполковник Игнатов представлял нашего земляка к ордену Красного Знамени…
…Свою фронтовую судьбу с этим прославленным полком Владимир Павлович связал еще в марте 1943 года, хотя в армию его призвали еще в октябре 1940-го. Всё это время, до прихода в полк, Дмитриев учился, и из курсанта учебной батареи в Забайкальском военном округе сперва получился курсант Томского артиллерийского училище, а потом и командир взвода курсов младших лейтенантов.
Когда он прибыл в действующую армию, 1890-й полк еще не был прославленным, все его награды и звания пришли позже. За отличие в боях с немецкими захватчиками за освобождение города Барвенково Харьковской области в сентябре 1943 года полку было присвоено звание Барвенковский. В марте 1944 года за образцовое выполнение заданий командования в боях за освобождение города Винница и проявленные при этом доблесть и мужество полк получил орден Красного Знамени. В июле 1944 года за успешное выполнение заданий командования в боях за город и крупную железнодорожную станцию Бобруйск и проявленные при этом доблесть и мужество полк удостоен ордена Александра Невского. И уже после Победы, в июне 1945 года пришла весть о том, что за образцовое выполнение заданий командования в боях с немецкими захватчиками при овладении городами Барт, Бад-Доберан, Нойбуков, Варин, Виттенберг и проявленные при этом доблесть и мужество полк награжден орденом Кутузова III степени. Так что, как ни крути, а получается, что пришедший в полк адьютантом командира полка Владимир Дмитриев напрямую причастен ко всем этим наградам. От самого Подмосковья прошел он со своими боевыми товарищами в составе действующей армии.
Воевал в Подмосковье, на Юго-Западном и III Украинском фронтах, в чине старшего лейтенанта был командиром батареи на I Украинском фронте, помощником начальника штаба по разведке на I Белорусском фронте. С декабря 1944 года возглавил штаб полка.
В это время полк вел боевые действия в составе 70-й армии II Белорусского фронта. В январе 1945 года полк прорывал сильно укрепленную глубоко эшелонированную оборону противника. Сущность эшелонированной обороны - в продуманном расположении средств защиты. Если оборона правильно организована, то каждый ее рубеж придется преодолевать и великим трудом, и великим умением. А немцы воевать умели. Вот тут-то и проявились лучшие качества начальника штаба Дмитриева. Как пишется в характеристике, «Капитан Дмитриев проявил образцы умения управлять наступающими подразделениями, организовывать взаимодействие с другими родами войск и координировать работу тылов с наступающими подразделениями. В период подготовки операции, несмотря на то, что только заступил на должность начальника штаба, с работой отлично справился. В результате настойчивой, упорной работы полк вступил в бой отлично подготовленный и не имел потерь в период прорыва обороны противника». Сухо повествует подполковник Игнатов, но точно.
Однако и полковникам свойственно восхищаться подвигом. Вот как, увлекшись, описывает он действия начальника штаба при переправе батарей через реку Вкра в окрестностях Житомира: «Капитан Дмитриев сам лично провел первую и третью батареи через реку Вкра вброд, придал их передовым подвижным отрядам, которые за ночь, пользуясь прикрытием темноты, вышли в тыл противнику, углубились до 20 километров, наделали паники, перерезали две важных коммуникации противника и удержали до подхода главных сил. Благодаря умению быстро разобраться в сложной обстановке и принятия правильного решения, полк с успехом выполнил поставленную боевую задачу, имея незначительные потери в своих рядах».
А ведь был наш земляк начальником штаба. То есть мог не ходить впереди батарей, не рисковать жизнью. Разве недостаточно того, что он хорошо подготовил операцию?! Солдаты всегда говорили: «Хорошо штабным, и кормят сытно, и головой не рискуют» Но… Победа пришла бы к нам значительно позднее, если бы они, солдаты и командиры, штабные офицеры не рисковали своими жизнями, приближая ее.
Переправа через Вкру – не единственный подвиг Владимира Дмитриева. Из сводки Совинформбюро: «Войска II Белорусского фронта форсировали восточный и западный Одер южнее Штеттина, прорвали сильно укреплённую оборону немцев на западном берегу Одера и продвинулись вперёд на 30 километров. В ходе боёв войска фронта овладели главным городом Померании и крупным морским портом Штеттин…» Прославленный полк наступал много правее Берлина и во взятии непосредственно логова противника не участвовал, но вклад его в эти последние героические рывки Красной армии так же огромен.
Из другой наградной характеристики Владимира Дмитриева: «… при форсировании реки Одер показал исключительное умение организовать работу штаба и подготовку к сложной боевой операции. Благодаря умелой постановке задач и расстановке сил, штаб полка своевременно справился со своей задачей, несмотря на ограниченное время для подготовки к форсированию. В период наступления батареи полка были разбросаны по всему участку корпуса. Несмотря на это, в течение всего периода боевых действий гибкое управление ими не нарушалось. Наступающие подразделения, благодаря координации работ всех служб полка, всегда своевременно обеспечивались боеприпасами, ГСМ и продовольствием. Благодаря умелой организации работы штаба, управления подразделениями, увязки работы всех служб, полк отлично справился с поставленной боевой задачей – форсировать реку Одер, преследуя противника, соединиться с союзными войсками, и нанес противнику большой урон в живой силе и технике, имея у себя незначительные потери».
При его жизни я никогда не встречалась с Владимиром Павловичем Дмитриевым. Только теперь, рассматривая пожелтевшие бумаги времен Отечественной войны, горько сожалею, что нашей встрече не суждено было статься. Он воевал до июня 1946 года, вернулся домой и пошел работать на завод деревообрабатывающих станков, куда же еще. Негромкий человек, никогда не привлекал к себе внимания. Но так получилось, что и я, и все мы обязаны ему и мирным небом над головой, и этой сумасшедшей весной, и счастьем наших детей и внуков.