Письма Оконишникова Сергея Ивановича

«Пишите, пишите, пишите…»

Социально-психологический портрет

фронтовика в годы войны   (1941-45 г.г.)

Среди самых значимых событий истории XX века была и остается Великая Отечественная война. Она была и трагической и победоносной. Война оказала влияние на сознание людей, их взгляды и убеждения, идеалы и ценности. Комплекс представлений о военных годах сохраняется в людях «фронтового поколения».

 image001Социально-психологическое состояние воинов – даниловцев в наибольшей степени отражали их личные письма домой. Фронтовые письма, в основном, это солдатские "треугольники", посланные полевой почтой. Они проходили военную цензуру, поэтому военная информация исключалась, либо была завуалирована. Например, в своем письме родителям в деревню Алексеево А.М.Маслов, описывая свою службу, намекает: «Сейчас  я нахожусь там где находился Вася, когда приехал в армию. Лишнее мама в письме писать нельзя». 1 Для того чтоб обозначить место своего пребывания, авторы фронтовых писем применяли разные способы. Так   Филиппов в апреле 1944г. намекает матери, на свое месторасположение географическим указанием: « Мы совсем сейчас к югу от нашего города почти на 55 параллели»2. В ряде писем после освобождения советской территории есть более конкретные  сведения о военных операциях, в которых участвовал адресат. Так в письме Николая Баронова родным в г.Данилов  говорится о конкретных боевых действиях , в которых он принимал участие: «…Нахожусь восточнее Орла …  Если  интересуешься  можешь  прочитать  сводку   информбюро  за  19-ое июля. Эти населенные пункты  освобождены нашей частью».3 Следует предположить, что к завершению войны значение цензуры становилось все более формальным. Так например, в письме от 11июля 1944г.  Артамонов П.И. дает характеристику будущих военных действий на фронте: «…Следите за газетами и радио вскором будущем сдесь развернется наступление».4

        Письма фронтовиков - даниловцев позволяют проанализировать проблему формирования и динамику представлений о войне и противнике в армейской среде. С самого начала войны  сразу же стало ясно, что немец — сильный противник, чувство страха к которому прослеживается уже в письмах начального периода войны. В достаточно эмоциональной форме это отразилось  в письме к своей жене  Громова С.А.: «Думайте Вы все скверно…Запомните наша задача разбить врага, сильного, коварного, но безусловно эта сила не вечна. А коварство мы разгадаем».5 В результате приобретения индивидуального опыта «враг» для каждого бойца становился более конкретным и оттого более ненавистным. На протяжении войны ненависть к врагу перерастала в жажду скорейшей праведной мести. Так, например, свое желание скорее попасть на фронт  находящийся в армии Вагин А.А. из деревни Вильново в письме к своим родным объяснял как желание  «…мстить фашистам за их и костю»,6 т.е. родителей, жену и детей.   

В период войны произошло предельное отторжение противника: в письмах даниловцев понятия «немец»,  «фриц», «фашист» стали тождественными. Но следует отметить, что в сознании фронтовиков рациональное восприятие врага преобладает над эмоционально-чувственным. Это отражено в таблице:

Безличностное отражение противника

Число упоминаний в письмах

Фриц

Враг

Немец

2

            10        29

17

Эмоционально-чувственное восприятие

Число упоминаний в письмах

Гитлер

Озверевший фашизм

Кровавый след, мерзавцы

6

                                      5         17

6

 При освобождении  советской земли от фашистов негативное отношение эмоционального характера в  письмах воинов - даниловцев  стало дополняться описанием разрушений. Так, в письме от 16 октября 1943 года И.Е.Белосельский дает описание увиденного в Белоруссии:  «…Проходили   пустынными разоренными врагом местами, где вместо деревьев растет бурьян, где были дома, зияют головяшки».7

       Неотъемлемой частью войны являлся страх, который возникал как следствие инстинкта самосохранения и естественная психологическая реакция на опасность. В своем письме осенью 1942г. в Данилов  Н. Баронов задает откровенный вопрос о возможном будущем:  «Придется ли вообще по Земле топать?».8 Чувство страха могло охватывать не только самих солдат - даниловцев, но и их близких. В свою очередь, такие сомнения  вызывали активную реакцию. Именно такая реакция на сомнения жены о возвращении мужа с фронта отражена в письме С. Оконишникова в августе 1941года. Он пишет: «Не выходит из головы последнее твое письмо, вернее несколько последних строк в нем: Нина! Страшные вещи ты пишешь, неужели у тебя закрадываются сомнения о моем невозвращении, неужели ты думаешь, что я больше не приду? Я, например этого не допускаю …насчет настроений разных, Нина, брось. У меня настроения тоже бывают поганые, но переживаю».9

        Влияние  на формирование сознания и поведения фронтовиков - даниловцев  оказало формирование советской ментальности сложившейся в предвоенный период: вера в мудрость руководителя государства и правильность линии партии, готовность пожертвовать собой. Белосельский И.В. в 1943 году пишет в Данилов сыну: «Ведь я хоть и стар, но здоров и могу быть полезен Родине для победы над врагом»10. В целом в письмах  даниловцев элементы советской ментальности представлены слабо. В значительно большей степени   отразилась привычка к труду, к терпению, к бытовым трудностям. Фронтовики жаловались родным на нехватку питания, сложные бытовые условия. Это преобладает в письмах 1941-42 годов. Н. Баронов в письме 1941 года отмечал: «…жизнь в лагерях никогда не забуду, мы там жили в таких землянках, что просто ужас. Вшей было что муравьев в муравейнике».11

image002 1Официальный контроль писем требовал от авторов соблюдения определенной идеологической формы: проклятья в адрес врага, уверенность в победе. Вместе с тем наличие идеологических стереотипов отражали искренние чувства воинов. Поэтому отделить ритуальные фразы от реальных эмоций достаточно сложно. В этом плане представляют интерес письма С.А.Громова к своим родным. Первое письмо от 30 августа 1941года приводится частично:

«Нина!

Что значит всё «барахло» в сравнении с обстановкой этих дней.

Живёте Вы в Данилове; над Вами не каплет, ну и ладно. Сыты пока, ну и хорошо. «Ужи» из  «Песни о Соколе» А М Горького. На первом плане мы, а родина? а страна? Частные личные интересы, рубли на первом плане. Запомните наша задача разбить врага, сильного, коварного, но безусловно эта сила не  вечна. А коварство мы разгадаем…

Кто мы? Мы потомки Невского. Мы русские люди, Мы помним как били псов рыцарей и разобьем псов фашистов – ещё более кровожадных. Мы вооруженные великим оружием - учением Маркса – Энгельса – Ленина – Сталина. Это учение « всесильно потому, что оно верно».

Ты спросишь, что это? Полит лекция? Пожалуй так. Это неважно. Воспитай дочь в духе любви к родине, к партии эта моя единственная просьба к тебе»12

image002 2Тон письма остаточно жесткий и обидный. Но последующие письма позволяют понять, что произошло. С.А.Громов вступает в партию и едет на фронт политбойцом, а вскоре становится членом партбюро роты. Своеобразный ритуал верности власти был осуществлен и вскоре пред нами появляется другой человек. Меняется обращение- «Ниночка! Живи для дочери. Не знаю получите ли моё письмо, буду ли жив не знаю, но  твёрдо верю, что после войны вам и Светочке в будущем будет хорошо».13

За годы войны  многие компоненты предвоенного советского общества  исчезли в сознании фронтовиков. Ни в одном из писем даниловцев нет упоминаний  о социалистическом строе,  партии большевиков. Лишь в одном письме  Воробьева В.Д.  1942 года  своим детям,  содержится поздравление с «…великим праздником – 25-ой годовщиной  Великой Октябрьской  революции».14 Крайне слабо представлена в письмах и фигура вождя советского народа - Сталина. Из более  двухсот писем  имя  Сталина  упоминается  в  трех,  но и это связано  с перепиской  политработников. Один из них, С.Оконишников  писал домой,  что  «В 1942году  надо будет выполнять  приказ  т. Сталина».15

              Письма с фронта и из действующей армии отражают специфические особенности отдельных воинов - даниловцев связанных с социальным происхождением и местом проживания, образованием. Это, к примеру, наглядно демонстрирует стиль обращения к близким. Сельские жители чаще обращались к родителям на «вы», передавали многочисленные приветы всем родным и землякам тогда как в письмах горожан приветы предназначены только немногим конкретным родным и знакомым.

Деревенские жители  указывали степень родства и часто называли жен полным именем или даже по имени отчеству. Так например, в письменных обращениях И.Н.Тихомирова  перечисляются все родные:  «Добрый день или вечер кланися вами ваш муж Иван Николаевич даю вами свой сердечный привет своей супруге Анне Петровне еще я клянюся своими детями любимой дочери Главде и сыну Пете и сыну Вите».16

Для фронтовиков из города Данилова характерно совмещение и «городского», и «сельского» стиля общения.                  
            Все без исключения даниловцы на фронте очень скучали по родным, по дому. Часто сознание фронтовиков обращено на предвоенный период: «…сейчас бы я так дома и побывал посидел бы совместно свами за столом», или  «…одолили слезы, рад бы взглянуть хоть один рас…».

image003Желание оказаться дома, в привычной обстановке  проявлялось в появлении сновидений.  В своих письмах летом 1942 года И.Н.Тихомиров писал:  «…стал снится дом епочти каждую ноч как я нахожуся дома…».17 По мере того, как шли годы войны, под воздействием иной реальности складывались иные стереотипы, новые символы. Письма фронтовиков - даниловцев, часто начинались с приветов с фронта: с гвардейских, красноармейских, десантских приветов. Иногда привет посылали с указанием места: например «…из ковыльных орловских степей».18           Обращает на себя внимание наличие фатализма среди многих даниловцев, кто был на фронте. Во многих письмах сообщение о том, что жив, сопровождается указанием на временность этого состояния и на вероятность иного исхода. Мы везде встречаем "пока жив" или "жив и здоров. Так С.А.Громов пишет родным в Данилов из-под Ленинграда  в августе 1941года,  т.е. в разгар самых кровопролитных боев: "Не знаю    получите ли мое  письмо, буду ли жив не знаю».19
            Война, постоянная опасность, разлука с домом формировали идеальный образ мирного прошлого, который формировал представления даниловцев о еще более прекрасном будущем, которое наступит, если удастся остаться в живых. И.Н.Белосельский пишет жене: «День нашей встречи настанет еще не близко, но он придет и наша счастливая жизнь будет продолжаться после мрачного перерыва».20  С этим связаны и постоянные обращения, просьбы и даже требования к родным беречь друг друга, особенно это касается детей. Фронтовики в упоминании своих детей употребляют ласковые слова, постоянное желание получить сведения о своих детях. Их интересуют любые мелочи, эпизоды. Так С. Оконишников у своей жены интересуется о сыне: «Как начал учебу Вовушка? Пусть он черкнет мне как он пошел в школу в 1941 году».21 В письмах отражалась и попытка фронтовиков проверить отношения с близкими. Один из фронтовиков писал домой:

«Сегодня 13.8 – интересно, Нина, помнишь ли ты эту дату, сегодня день моего рождения».22
            Особенностью переписки  даниловских  фронтовиков  с  родными  стало  появление  т.н.  «покаянных  писем». В них  солдаты  признавались  в нехороших  поступках по  отношению  к  родителям,  женам,  детям. Своим  родителям, в одном  из писем  А. Маслов  писал:  «Когда  приеду  домой,  вас дорогие  родители никогда  не  забуду.  Простите меня дорогие родители что я плохо к вам относился плохо слушался и грубил вам».23

               image004Во время войны у воинов - даниловцев начинают формироваться элементы мифологического сознания. Они были связаны с появлением  нереальных, гипертрофированных образов, явлений, фактов. Так например, в письме капитана А.Владимирова от 3октября 1943 года можно заметить ряд преувеличений. Он пишет: «…немцы боятся ночных казачьих налетов, ибо наши налеты наводят ужасы в стане немцев они бросают оружие и бегут кто куда, а нам того и надо кони наши быстры, шашки наши остры догоняем и крошим. Вот сейчас пишу письмо играет баян  нач. штаба рассказывает анекдоты…».24 Следует отметить   ряд особенностей индивидуального сознания:

  • во-первых,  мифологизация событий на фронте в письмах представлена незначительно;
  • во-вторых,  личные высказывания даниловцев отражают влияние советских агитационно-пропагандистских лозунгов и штампов периода войны и в меньшей степени индивидуальные особенности бойцов;
  • ·в-третьих, преувеличения начинают проявляться к середине войны, т.е. к 1943 году, видимо, когда перелом в войне становится очевидным. 

                                                                                                                                                        Следует  отметить, что на фронте чувства обострялись,   нервная система переживала небывалые нагрузки. Это чувствуется в каждом, даже самом спокойном письме. В декабре 1941г.  даниловский фронтовик в письме к родным так рассказывает о влиянии тягот войны на его здоровье: "Настроение так ничего обижаюсь на свои плохие нервы, часто опять бывает забывчивость и боль головы но, это мне уже вошло в привычку, и я не обращаю внимания». 25

image005Большие потери на фронте  и  возможность быстро погибнуть приводили к появлению  у даниловцев на фронте элементов иррационального  сознания. Так,  в письме  Николая Яблокова  2 октября 1942 г. к своей матери, он пишет:  «Да,  мама действительно, может быть только твои чувства сохраняет  меня от вражеских пуль».26 Иррациональное сознание у воинов -  даниловцев реализовалось в просьбах к родным о соблюдении ими особых правил поведения, которые должны помочь выжить на войне. И.Е. Белосельский в письме 1944 года к своей жене обращается с пожеланием: «…не вспоминай о нас до конца войны, ведь скоро должен приехать домой…».27

            Коллективизм на фронте, переживание по поводу смерти друзей в письмах фронтовиков - даниловцев представлены незначительно. Только в двух письмах фронтовики упоминают своих друзей по фронту, и то это было связано с их гибелью.
          В других письмах слова «друг», «товарищ»,   связаны с людьми, которые окружали фронтовиков до войны, с кем учились, работали, были соседями. Их судьба в наибольшей степени интересует даниловцев на фронте. Н. Баронов в письме 3 марта 1943 года отмечает: «Ребята Даниловские Климов и Кокичев живы, вчера был у них на позиции. Соболева и Тарханова не видал». 28           

           Письма с фронта – это важный источник по истории фронтовой и тыловой повседневности.
           Это сведения о питании и одежде, т.е. так называемой иерархии потребления. Надо заметить, что солдаты в своих письмах описывали не только войну, но и житейские подробности тех мест, где им приходилось бывать: в боевом походе, на учебе, в госпитале. Среди этих сведений есть много данных о ценах на продукты, об их ассортименте. Так Н.Баронов дает характеристику фронтового Саратова: «Был на базаре. На базаре есть всё чего только душа пожелает, но знаешь душа то желает, а карман то не позволяет. Все так дорого дак я даже удивился. Думаю не был уж сколько времени нигде на базаре да и не бывать бы еще столько же. Пишу цены: картошка 80 р. кг. Хлеб 330 р. Буханка. Одна селёдка 80 р…» 29 Позднее, в своем письме от 11 октября 1943 года, он сравнивает положение с питанием между территориями Украины и Даниловским краем: «Здесь на Украине есть еще остатки роскоши, т.е. продукты которые вы теперь видите только во сне и то не каждую ночь: мед, молоко, сало, сметана и т.д….» 30 Следует отметить, что в данном письме происходит характеристика территорий, на которых только что прошли боевые действия, и такие серьезные различия в уровне жизни не могли не отразиться в сознании солдат.

            В письмах с фронта постоянно звучит озабоченность положением своих семей,     своих хозяйств. За этой тревогой встают тяжелые будни тыла, его проблемы. В письмах получили отражение различные средства помощи своим близким и родным со стороны фронтовиков - даниловцев:

  • фронтовики просили не пересылать из дома  денег, вещей;
  • регулярно происходило отправление зарплат близким, практически в полном объёме, себе оставляли незначительные суммы;
  • давались советы родным  по обращению в органы местной власти и военкоматы для получения аттестатов, различных выплат;
  • фронтовики старались контролировать через письма выплату семьям положенных льгот и пособий.

image006Но самой общей направленностью всех писем было желание  войнов =даниловцев  получать вести с Родины. В своих письмах фронтовики подсчитывали число писем, даты отправления и получения. Они хотели знать о том Мире, с которым их разделила война, Мире, ради которого они терпели, страдали и героически погибали. И от которого они просили одного: «Пишите, пишите, пишите…»

     Немецкая открытка, отправленная даниловцем на родину

  Документы  

1.Маслов А. 11 октября 1941г.

2.Филиппов Г.К. 20 апреля 1944 г.

3.Баронов  Н. 23 июля 1943 г.

4.Артамонов П.И. 11 июля 1944 г.

5.Громов С.А. 30 августа 1941 г.

6.Вагин А.А. 30 апреля 1943 г.

7.Белосельский И.Е. 16 октября 1941г.

8.Баронов Н. 10 июля 1943 г.

9.Оконишников С. 29 июля 1041 г.

10. Оконишников С. 29 июля 1041 г.

11.Баронов Н. 22 июня 1942 г.

12.Громов С.А. 30 августа 1941 г.

13.Громов С.А. 16 октября 1941 г.

14.Воробьев  16 октября 1941 г.

15.Оконишников С. 18 июня 1942 г

16.Тихомиров И.Н. 25 февраля 1942 г.

17.Тихомиров И.Н. 24 июля 1942 г.

18.Беляев И. 30 августа 1943 г.

19.Громов С.А. 30 августа 1941 г.

20.Белосельский И.Е. 19 марта 1943 г.

21.Оконишников С. 30 августа 1941 г.

22.Оконишников С. 13 сентября 1941 г.

23.Маслов А. 6 октября 1941 г.

24.Владимиров А. 3 октября 1943 г.

25.Письмо неизвестного

26.Яблоков Н. 2 октября 1942 г.

27.Белосельский И.Е. 27 августа 1944 г.

28.Баронов Н. 3 марта 1943 г.

29.Баронов Н. 11 октября 1943 г.

30. Баронов Н. 11 октября 1943 г.